Местным бедолагам придется потесниться. Hо ведь и казармы строились в расчете на довольно большое количество защитников. Солдаты устали и хотели есть. Раньше Фрост подобными вещами не занимался, и сейчас он чувствовал себя эдакой нянькой-командиром.

Вот и они. Обычный гарнизонный городок внутри обычного провинциального городишки. Приземистые казармы, добротное здание комендатуры. Фрост спешился и направился прямиком к голове приказа.

Капитан бывал в таких зданиях не раз, все они имели одинаковую планировку.

Полковник обнаружился там, где ему и положено находиться посреди рабочего дня – в своем кабинете. Фрост небрежно отдал честь и без приглашения уселся в кресло.

Лайтинг замер возле двери.

Полковник – усатый мужчина лет сорока с намечающейся плешью – воззрился на них усталым взглядом. За окном тем временем рос шум пяти сотен тяжеловооруженных пехотинцев. Фрост, не отрываясь, глядел на полковника. Хотя тот был старше по званию, Корона наделила его полномочиями творить в этом городе все, что ему заблагорассудится. Лишь бы это отвратило угрозу. И капитан собирался воспользоваться этим правом прямо сейчас.

– Здравия желаю, – сказал он. – Я капитан Дэз Фрост из комиссии Короны по служебным расследованиям, а это мой помощник, обер-лейтенант Лайтинг.

Полковник скосил глаза на знаки отличия Фроста. Капитан охотно повернул рукав.

Полковник смутился и отвел взгляд. Однако все, что нужно, он уже узнал. Мундир Фроста был отнюдь не военной полиции, а обычный, армейский. Число «24» и звезды капитана говорили о том, что здесь он не как представитель комиссии, а как обычный полковой капитан.

– Здравья желаю, – ответил полковник. Он выглянул в окно, и, увидев то, о чем предупреждал весь этот шум, представился: – Полковник Тимсач. Чем могу быть полезен?

Фрост молчал. Отсутствующе поглядел куда-то в стену. Лайтинг приготовился к представлению.